Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого очерка феномена

Оригинал взят у papa_gen в Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого очерка феномена


Среди части нашей "духовитой" интеллигенции существует много мифов вокруг понятия "русская дворянская усадьба". Порой диву даешься, читаючи или слушаючи, что люди про сей феномен (φαινόμενον - явление) говорят. Такого наплетут, руку перекреститься поднести не успеваешь. А все почему? А все потому, что просто не хотят задуматься и посмотреть на вещи простО. А как говорил Серафим Саровский? Правильно: "Где просто, там ангелов до ста, а где мудрено, там ни одного".

Вот и давайте поговорим об этом явлении, без всяких придыханий, а стоя просто на твердой почве обеими ногами, тем более, что русская усадьба стояла на земле в самом прямо смысле, т.е. в деревне. Да, когда говорю: "поговорим", я имею в виду не только себя, но и вас, уважаемые читатели, ибо не имею прискорбной привычки русских публицистов XIX века, вышедших из разночинцев, именовать себя "мы". "МЫ" может именовать себя только монарх. А монархии, увы, у нас нету.

О каких поместьях будем говорить? А будем мы говорить о средних и вышесредних поместьях, приносящих в середине XIX века доходу от 1 тысячи до 10 тысяч рублей серебром. Не ассигнациями, а именно серебром. Будем говорить только о поместьях, где живут не менее шести месяцев в году. Т.е. поместья богатеев и служилого дворянства (чиновники и военные) выпадают. Т.е. будем говорить о поместьях, где есть хозяйский догляд при проведении основных сельскохозяйственных работ.

С чего начнем? А начнем мы с дорог. Они, дороги, а вернее их состояние очень важны. Почему? Поймете чуть ниже. Какие были дороги в России. Идем сверху вниз:

1) Дефилированные шоссе. Самое знаменитое такое шоссе - Петербург-Москва. Пушкин его обновлял. Аналогичны по принципиальной конструкции имперским дорогам во Франции, только там такие дороги были еще и мощеные. Такие дороги по обочине были обнесены валами (дорога проходила в дефиле, т.е. теснине). Это было очень удобно зимой, т.к. сбиться с такой дороги было практически невозможно, плюс еще валы защищали зимой путников в открытых санях от пронизывающего ветра. Но было одно большое "НО". Во Франции имперские дороги весною становились непроезжими на несколько дней, так как таявший снег превращал пространства между валами в реки. Но то во Франции, где снега было мало, да и дороги были мощеные, а в России дорога на недели три превращалась в непроезжее болото. Осенью тоже такие шоссе малопроезжими были. Летом езда была нормальной, если не было сильных дождей и шоссе не раскисало, но было одно неудобство - офигенные тучи пыли, стоявшие над дорогой целый день, оседавшие только к вечеру, когда движение по шоссе прекращалось (дефиле не давали ветру сдуть пыль от дороги). Можете почитать о мучениях французов, наступавших на Москву по "Новой Смоленской дороге". Главная беда была эта самая пыль, которая буквально выкашивала французские полки на марше, отправляя солдат и офицеров пачками в лазареты. Но для зимней езды дефилированные шоссе были то, что "доктор прописал". А шоссе эти строились в первую очередь для транспортировки хлеба, которая производилась в России после уборки урожая, т.е. аккурат зимой. Потому дороги эти были зимой просто забиты бесконечными поездами (так тогда называли гражданские обозы), состоящими порой из сотен санных подвод, груженых хлебом. Понятно, что дороги эти никто зимой от снега не чистил, была колея, но к весне толщина снега на дороге могла превышать и аршин, а то и больше.

2) Губернские дороги. Ну в принципе это были дороги без особых затей. Но было и благоустройство. Во-первых, такие дороги были широкими, "большими", как тогда говорили, т.е. двухпутными. Там проблемы с разъездом двух встречных экипажей не было. А во-вторых, там стояли верстовые столбы, а с осени по обочинам ставили вехи, и особые палисады для защиты от метели, чтоб дорогу сильно не заметало. Дороги тоже от снега никто не чистил, но вехи и верстовые столбы помогали не сбиться с пути, что сильно помогало путникам. Весной и летом эти дороги также раскисали. Но пыли на них было меньше.

3) Остальные дороги. Тут как выйдет. Где два пути, где один, у Гоголя в "Мертвых душах" хорошо описано как Чичиков на такой дороге не мог разъехаться с экипажем, где сидела одна юная особа. Вех и верстовых столбов на таких дорогах чаще всего не было. Зимой их никто не чистил, так что сбиться зимой с дороги было явлением обычным. Эти дороги также были малопроезжими весной и осенью.

Была такое выражение: "Когда дорога встанет". Т.е. когда она либо замерзнет, либо высохнет.

Переправы. Мостов было не так уж и много. Чаще через реку были паромы, а зимой просто по льду переправлялись. Это тоже ограничивало мобильность населения. Осенью и весной приходилось ждать либо когда реки замерзнут, либо когда ледоход и паводок окончатся.

Волки и разбойнички. Это также ограничивало мобильность усадебных обитателей, особенно зимой. Выехать за пределы усадьбы без четырех, а порой и шести пистолетов, мало кто отваживался. Говорю без шуток.

Мороз и метель. Теперешний городской житель, привыкший и в 20-тиградусный мороз ходить без шапки (а на кой она, если только до машины-автобуса добежать?), даже представить себе не может, что даже сейчас зимой в легкий морозец в пять градусов в русской деревне можно замерзнуть, если ехать в открытых санях где-то час без тулупа, особливо если ветерок хороший поддувает. Оно, конечно, можно дать совет, что надо слезть с саней да попрыгать. Можно, сейчас, но не везде. Едешь на санях в какую новгородскую деревеньку, что в пяти километрах от тебя, а по заснеженной дороге это ровно час езды, иногда чуть больше, и с саней слезть боишься, потому как лошадиная сила почти по колено в снег уходит, а ты просто по пояс провалишься. И где ты потом будешь прыгать? Тогда точно такая же ситуация была.

Учитывая волков, разбойников, занесенные дороги, да мороз с метелью, тогдашние люди зимой, если особой нужды не было, предпочитали за околицу усадьбы нос не высовывать. Впрочем, у некоторых были крытые сани с печками. Но это особый шик был и вещь дорогущая. Да и угореть или сгореть в такой инновации запросто можно было.

Теперь про такую особенность усадебного быта как ритм.

Ритм задавался прежде всего кругом сельхозработ и работ по хозяйству. Во-первых, помещик, если не инноватор-кутила какой, должен был сам контролировать самые важные работы: посев, покос (самое начало покоса), сбор урожая и обмолот, т.е. доведение продукта (зерна) до товарного вида.

Т.е. даже те помещики, что по каким-то причинам (об этом ниже) устремлялись на зиму в города, к посевным работам всяко возвращались в усадьбу. С посевными работами связан один интересный момент. Все привыкли ахать и охать, что глава Всероссийского общества босохождения с палочкой Л.Н. Толстой сам пахал. Ну, да пахал. Но ничего великого в этом не было. Дело в том, что большинство усадебных жителей, помещиков, если не сами умели пахать, то знали, как это надо делать. Например, один из графов Ворнцовых тоже был знатным пахарем, но он на публику не работал. Он просто научился пахать, чтобы знать, обманывает ли его мужик на барщине или нет.

Посевная начиналась, как и сейчас, где-то ближе к Пасхе (где-то раньше, где-то позже). Т.е. помещику кровь из носу, а к этому времени надо быть в усадьбе, а то ни с чем останешься. Вот и выезжали из Питера в конце первой недели Великого поста, отстояв два-три дня у раки св. Александра Невского. Успевали до раскисания дорог и до ледохода. Иногда ехали по уже слабому льду, порой даже проваливаясь местами под лед. Даже часть поезда иногда оставляли до конца ледохода на одном берегу, а сами шпарили домой.

Когда шла посевная, барину не до гостей и светских раутов было. Он часа в четыре вставал, садился в двуколочку, которой сам правил, да ехал по полям, смотреть, как мужик пашет и сеет. Тут умение пахать или знание, как это должно делать, и пригождалось. Простой взгляд на борозду, и барин понимал, дурит его мужик или нет. Если мужик дурил, в ход шел кнут, если работал хорошо, наливали стопку. Посевную обычно заканчивали к Николе Вешнему. Чаще раньше. Старались до Красной Горки успеть.

Вот тут, казалось бы, и самое время барской гульбы подошло. Оно, конечно, так, но отоспаться тоже надо. Да и дороги еще не просохли, чтобы соседи на сеймик съехались. Вот и выходило, что до Троицы бывало не больше двух сеймиков. Иногда три. А там Петров пост, а в посты гулянки не устраивали, разве что уездный или губернский сейм для избрания предводителя дворянства (я пишу "сеймик" и "сейм" не просто так, я тут базируюсь на мемуаре своего прямого предка, где очень живо описан быт усадьбы смоленской шляхты, а это все сплошь потомки кремлевских сидельцев, включая тогоже Глинку, что оперу "Жизнь за Царя" написал). Но чаще сеймы по выбору предводителя были после Петрова поста. Иногда после Успенского. Впрочем, у Михалкова в "Неоконченной пьесе" очень живо показан соседский сеймик перед Троицей, правда в среде уже обедневшего дворянства, впадающего в ничтожество.

После Петровок начиналась гулянка. Сенокос налажен, старосты, а порой и управляющий получили в рыло благословение барской дланью, и делать особо нечего. Но все-таки одно есть. Надо смотаться на ярмарку. Кой-чего из избытков продать да и прикупить кой-чего. Главное, не в пасть в картежный азарт, ибо шулеры слетались на ярмарки ото всюду. А уж как вернутся с ярмарки и сейма, так и пошли визитации. А почему и нет? Погоды дивныя, дороги сухия, за покосом особо следить не надо, все остальное пока тучнеет и наливается соками, при том само.

Гуляли основательно. Обычно сеймик - три, а то и четыре дня. Играли ли в карты? Играли, но помелочи. Более пятидесяти рублей не проигрывали, не в Питере чай. Пили и ели вволю. Устраивали променады. Опаивали друг дружку хитрыми наливками. Мой предок любил подносить такую перцовую водку на меду, что у выпившего ее стопку глаза на лоб вылезали.

Потом приходил Успенский пост. Опять весь кутеж отменялся. Ибо... Ибо, во-первых, пост, а во-вторых, не до кутежа. Это теперь всякие скороспелые сорта ягод и всего прочего, а тогда эти сорта и не нужны были. До 70-х-80-х гг. 19 века сахар был продуктом дорогим, и варенья делали в основном на меду. А мед как раз к Медовому Спасу поспевал. Вот и приходила пора домашних заготовок. И тут хозяйки, не взирая на титулы и чины мужей, подтыкали свои юППки и начинали варить,солить, квасить и сушить. Яблок и слив было много, все не съешь, даже если лопнешь, так из них водки гнали. Водки разные.

Только бабья страда закончилась, как начиналась страда настоящая. И опять вставал барин в четыре утра, садился в двуколочку, да и катил по полям, наблюдая все своим хозяйским глазом. По уборке, конечно, опять были сеймики, но уже не такие загульные, как летом, да и урожай надо было пристроить, потому ехали к закупщикам и торговали-рядили. Торговали-рядили в губернских городах. Там, где хлебные магазины были.

Потом возвертались быстро в усадьбу, пока дороги не раскисли. И вот тут и начинался тот самый усадебный быт, из которого и выросла вся русская литература, а с нею и русская культура.

Лейтмотивом усадебного существования была скука. Если летом она развеивалась на сеймиках, то с октября по май те, кто не уехал на зиму в Питер или Москву, выли со скуки в своих усадьбах. Отсюда и огромные, большей частью несистемные библиотеки, отсюда и знание двух, а то и трех языков - русских книг было мало, а переводы часто были плохими. Один мой предок купил в Питере четыре подводы книг. Вот просто взял, пошел и купил на какой-то ликвидации имущества четыре подводы книг, даже особо не утруждая себя изучением того, что это за библиотека.

Были и такие, что занимались составлением "винотек", только не винных, а наливочных. Делали на зиму по сорок, а то и больше сортов наливок. Наделают, а потом вовсю с октября по май занимаются их дегустацией.

Кстати, от этой же поместной скуки и карточные кутежи. Люди сидят по усадьбам по нескольку месяцев, из-за погоды и дорог никуда выехать не могут. И тут бабах курьер сзывает на сеймик дворянства или губернатор кличет.

Тогда съезжаются все с округи постепенно в одну усадьбу, чтоб общим поездом до уездного или губернского города ехать. Вот и начинают в карты резаться со скуки. Пока меж собой, так и по полушке играют. Ну проиграют рублей пятьдесят, так и то почти понарошку, выигравший еще и будет стоя на коленях умолять, чтоб зять-сосед выигрыш взад взял, потому как иначе ему жена по возвращении домой трепку за этот выигрыш у ее родного брата устроит, а рука у нее тяжкая, как у Василиссы Кашпоровны. А вот как выехали на большую дорогу, тут их и начинают всякие шулеры "щипать".

Романтика и приключения были в основном летом. А зимой сидели по усадьбам, да читали, либо пили водку.

Кто-то мемуары писал. А компании были только летом. Либо за компанией надо было ехать в Питер или Москву. Но часто желание съездить туда пресекали карты, а вовсе не недостаток средств. В Питере и Москве, да и в губернских городах, без карт "великатный" человек на правильную ногу себя поставить не мог. А карты дело такое, что все продуть можно, вот и не ездили от греха подальше.

Ведь люди даже не представляют порой, что те же Сперанский и Аракчеев были жуткими картежниками, склонными к шулерству, а Державин так вообще шулерствовал одно время, даже бежал от следствия ночью...

Вот такой он был усадебный быт.

Но таки да, русская литература обязана своим появлением усадьбе, ибо там эту самую литературу в основном и потребляли. Вся русская литература 19 века была по большей части журнальной, а не книжной, именно потому, что так можно было из подписчика (помещика) больше денег вытянуть. Первым, кто всерьез это понял, был Пушкин. Что-что, а рукописи НашеВсе продавать умел.

Не резался бы он в карты, так вообще был бы одним из богатейших людей своего времени. Кстати, чемпионом по картежничеству был Сперанский, по его смерти оказалось, что у него долгов, не карточных, а вексельных, которые он брал, чтобы расплатится по карточным долгам, оказалось почти на полмиллиона. Жуткая, умопомрачительная цифра по тем временам. У Аракчеева долгов осталось двести тысяч, так что НашеВсе еще очень аккуратно играл.





Сегодняшняя моя прогулка по просторам интернета увенчалась успехом. Нашел интересную статьи, историческое исследование о жизни русского помещика. На фоне бесконечных "постов" с сотнями фотографий и без единого слова - это статья восхищает и современным взглядом на нашу историю и хорошим слогом ))
Спасибо автору!
>>>"... ибо не имею прискорбной привычки русских публицистов XIX века, вышедших из разночинцев, именовать себя "мы". "МЫ" может именовать себя только монарх. А монархии, увы, у нас нету.">>>

Однажды на Новгородском семинаре на Кафедре археологии МГУ один студент делал доклад по своей курсовой. И постоянно употреблял "мы" (предположили, обнаружили, выявили, рассмотрели...)

Наш академик, Валентин Лаврентьевич Янин, после прослушанного доклада взял слово:

- Молодой человек, в третьем лице о себе могут говорить лица, принадлежащие к императорской фамилии, а также люди, у которых водятся глисты!)))
Хорошо сказано - "русская литература обязана своим появлением усадьбе, ибо там эту самую литературу в основном и потребляли", и вспомнились строки:
- "и можно ли постель
Покинуть для седла, иль лучше до обеда
Возиться с старыми журналами соседа?"
В Москве или Питере поехал бы к друзьям-приятелям....)
А здесь, в глуши - как раз можно и почитать )))))
Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого о
Пользователь durasik сослался на вашу запись в своей записи «Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого очерка феномена» в контексте: [...] Оригинал взят у в Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого очерка феномена [...]
Кстати, более распространённое название дефилированных шоссе - булеварки. Один из таких булеварков идёт от платформы Фирсановка (точнее, от деревни Назарьево) в сторону села Рузино, на реке Горетовке сохранились столбы от моста.
А какова была высота этих валов, где-нибудь около метра или повыше?
От метра до двух в разных местах. Вообще-то они не были, а есть, - вполне можно посмотреть и пройтись по булеварку))) и речка пока не замёрзла - устои моста видны.

Мне кажется, их устройство относится к концу 18 века, к Генеральному межеванию. Дело в том, что в лесу видны ещё межевые рвы 18 века и более ранние, сажень на сажень, межевые ямы 17 века на углах межей))) Можно увидеть и напаши 17-18 веков, - всё рядом, как бы в едином комплексе)))

Все эти объекты хорошо дополняют этот пост, поскольку отражают хозяйственную составляющую того времени)))

Edited at 2017-11-06 04:55 pm (UTC)
Нет!))) Вот так!!!)))



Точнее - так:



Edited at 2017-11-06 05:43 pm (UTC)
Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого о
Пользователь slavikap сослался на вашу запись в своей записи «Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого очерка феномена» в контексте: [...] Оригинал взят у в Про русскую дворянскую усадьбу XIX века. Опыт краткого очерка феномена [...]