Покров на Нерли

Фотографии эти были сделаны два года назад, ранним морозным утром, когда на Нерли кроме одинокого рыбака да сторожа у древней белокаменной церкви не было ни души. Серая дымка тумана, светлая рябь облаков над стройным боголюбным храмом, его отражение в глади воды... Именно такие мгновения позволяют услышать тишину и нутром почувствовать то, что на Руси называют Покровом.




Замечательно! Коротко и ясно, никаких лишних слов, архитектура все говорит сама :))
Я посмотрю Ваши другие работы и может быть попрошу еще что-то показать в Сообществе, хорошо?
Покров на Нерли
Пользователь apdance1 сослался на вашу запись в своей записи «Покров на Нерли» в контексте: [...] Оригинал взят у в Покров на Нерли [...]
Интересно, что прошлой ночью с историком Даниилом Коцюбинским вспомнили этот храм. Он написал историю, которую я не знал.
Даниил Коцюбинский: "Знали бы Вы, какой там бардак творился в период строительства храма Покрова на Нерли! Шла настоящая религиозная война между Андреем Боголюбским и его самозванным епископом, с одной стороны, - и клиром, верным Киевскому митрополиту,с другой )
Резали друг друга на части буквально.
Андрей хотел культ Богоматери поставить выше культа Христа. Амбициозный был князь )
Не случайно Андрея в итоге убили и неделю труп валялся не погребенный...
Данные разных источников сильно расходятся. Но, судя по всему, задумав амбициозную церковную реформу, Андрей Боголюбский поставил перед собой две главные цели. Во-первых, создать в своём Великом княжестве масштабный и оригинальный культ Иконы Божьей матери (ходили даже слухи, что этот «богородичный культ» поставит Богоматерь в обрядовом отношении выше Христа). Во-вторых, открыть отдельную Владимирскую митрополию, подчиняющуюся непосредственно Константинополю, а не Киеву.
Проводником этой великокняжеской линии стал ростовский епископ Фёдор. По одним сведениям, он получил кафедру от народного веча, инспирированного князем Андреем. По другим – непосредственно от Константинопольского патриарха, которого Фёдор обманул при личной встрече, сказав, что на Руси нынче нет митрополита и некому его рукоположить в епископы.
В эпоху епископа Фёдора церковь освящала военные походы князя Андрея – в частности, против волжских болгар, - и активно утверждала культ чудотворной Боголюбовской иконы. А в 1164 году, без согласования с Киевом, князем Андреем Боголюбским и епископом Фёдором был учреждён праздник Покрова Богородицы и построен одноименный храм на реке Нерль.

В дальнейшем, что неудивительно, разгорелась затяжная борьба между Киевским митрополитом и Ростовским епископом, который жил во Владимире, поблизости от князя, и с согласия последнего фактически отделился от Киевской митрополии.
Правда, здесь Андрей Боголюбский и епископ Фёдор натолкнулись на серьёзное сопротивление. Значительная часть местного духовенства (как отмечает летопись, «мнихи [монахи], игумены и иереи»), также часть элит и населения в целом, несмотря на мощное давление со стороны Андрея Боголюбского, осталась лояльной Киевскому митрополиту. Кроме того, узнав об обмане и самоуправстве, Константинопольский патриарх Лука Хризоверг поставил епископом византийца Леона. В Ростовской епархии возникла ситуация фактического церковного двоевластия: местопребыванием Феодора являлся Владимир, Леона — Ростов.
Фёдор, опираясь на княжескую поддержку, вёл себя в ходе этой борьбы как настоящий инквизитор: отбирал у сопротивляющихся недвижимость, всячески их мучил, брил головы и бороды, держал в узах (цепях, оковах, путах) и «порубах» (темницах), нагих жег свечами, выжигал глаза, рубил головы, распинал на стенах, одних рассекал пополам, других варил в котле, причем «не точию мужи, но и жены честныя». «Затворял» непокорные церкви – то есть, запрещал церковную службу – с целью воздействия на весь приход.
Летописец отмечает, что некоторые современники видели в Фёдоре не то посланца дьявола, не то язычника – волхва: «…зело лют, дерзновенен и безстуден [бесстыден], телом крепок, язык имеяше чист и бе велеречив, в мудровании злокознен и всем грозен и страшен; нецыи глаголаху [некоторые говорили], яко от демона есть сей, инии же волхва быти того нарицаху».
В конце концов, однако, Андрей Боголюбский, так и не сумев полностью подчинить своей воле, прежде всего, всех священников и монахов Ростовской епархии (которую он почти уже считал «своей»), вынужден был, под давлением Киевского митрополита, согласиться на то, чтобы Фёдор предстал перед митрополичьим судом в Киеве. В 1172 году по поводу Фёдора был вынесен беспрецедентно жёсткий приговор: «язык ему урезати и руку правую утяти и очи ему выняти» (отрезать язык, отрубить правую руку и выколоть глаза)".

Edited at 2017-02-07 10:19 pm (UTC)
Интересно, откуда гражданин Даниил Коцюбинский черпал информацию. Не вижу отсылки к первоисточникам.