Павел (kraeham) wrote in architectstyle,
Павел
kraeham
architectstyle

Category:

Дом купца Н.И. Попова в Самаре. Часть I



Оборотистый коробейник

В Самарской губернии родители Н.И. Попова появились откуда-то из Оренбуржья еще во времена Оренбургского генерал-губернаторства в самом начале 1870-х годов. Крестьянский сын Николай Иванович Попов 1874 года рождения рос в нескольких деревнях Савинской волости Новоузенского уезда Самарской губернии – его отец приобрел здесь землю в размере 1 555 десятин. Можно было наладить крепкое хозяйство фермерского типа на юге губернии. Но Н.И. Попов совсем не имел склонностей к работе на земле, его влекла стезя коробейника, авантюриста, и он с малолетства занимался, как сегодня сказали бы, прямыми активными продажами или точнее стал коммивояжером.



Коробейники - галантерейщики

До сих пор в России и в том числе в Самаре работает масса компаний распространителей (торговых агентов или дистрибьюторов), которые «на ногах» продают по улицам, в офисах или даже по домам и квартирам книги, посуду, парфюмерию и разный «хлам», а в конце трудового, обычно 9-часового рабочего дня, они проходят еще и тренинги в своих компаниях, имея чаще всего один выходной день, который в большинстве случаев проводят опять же вместе со своими сослуживцами. Этот род занятий требует огромной выносливости, упертости, устойчивости к эмоциональным нагрузкам, отсутствия комплексов, креативности, русской смекалки и хороших навыков общения. Здесь, как говорят, надо быть прирожденным психологом и даже актером, чтобы заговорить, познакомиться, войти в доверие к совершенно незнакомому вам человеку и продать ему, например, какую-нибудь ерунду с огромной накруткой, а затем сделать его вообще постоянным покупателем, который только и будет ждать новой встречи. И даже если вдруг продажа не состоялась, агент должен радоваться возможности увидеться и поговорить со своим потенциальным клиентом, рассказать ему пару новостей или анекдот, сделать комплимент, зарядить своим хорошим настроением. А продать можно и в другой раз! Такова вот установка распространителя (коробейника).

Именно все эти качества у Николая Ивановича Попова были, и он с успехом торговал по южным богатым уездам нашей губернии. Приехав в Самару на рубеже XIX – XX веков, в возрасте 26 лет он продолжил работу коммивояжера (торговал в разнос мелкой галантереей и канцтоварами). Коробейниками в Самаре во второй половине XIX века тогда начинали многие. Например, Павел Иванович Головкин (отец К.П. Головкина) прошел нелегкий путь от коробейника до уважаемого и солидного «магазинщика», Иосиф Егорьевич Дочар от торговца клетками и мышеловками по самарским дворам до купца I гильдии, крупнейшего дельца в области торговли нефтью и нефтепродуктами (керосин), освещал своим топливом несколько городов. Примеров такого успеха среди коробейников было много.

По архивным документам Н.И. Попов снимал половину каменного флигеля у временного самарского купца, бывшего крестьянина с. Малое Финеевово Владимирской губернии Панкратия (Петра) Васильевича Колесова, имевшего на своем дворовом месте на Ново-Соборной еще и несколько ветхих строений. Сам Колесов проживал в доме Кузьмы Головкина и его наследников там же, на улице Ново-Соборной, где имел небольшое производство мешков. В 1901 году Попов женился, и у него родилось двое детей: Владимир (1901) и Мария (1902).



Двор Колесова на улице Соборной с разными ветхими строениями и каменным флигелем (1) под лит. «К», где с 1900 по 1911 годы жил Н.И. Попов с семьей. Из прошения П.В. Колесова 1895 года. Из фондов ЦГАСО



Объявление «Самарского потребительского общества» в «Самарской газете», 1904 год. Членом Правления «Самарского потребительского общества» с 1902 года являлся самарский мещанин Н.И. Попов

Вместе с П.В. Колесовым, став самарским мещанином, Николай Иванович Попов вошёл в недавно созданное, в 1898 году «Самарское потребительское общество». Это был всего лишь классический потребительский кооператив лавочников, коробейников, хозяев самых разных мелких мастерских, закупавших у производителей продукцию оптом для целей переработки или перепродажи в розницу. Всего членов на 1898 год – 129 человек. Председателем Правления этой организации был известный в городе человек – член городской думы, распорядитель воскресных школ, видный член библиотечного совета Александровской Публичной библиотеки, владелец собственной частной библиотеки и книжного магазина в доме Сибиряковой на Дворянской улице (Федоровская читальня) Николай Михайлович Федоров. В принципе Потребительское общество преследовало благие цели – стать полезным инструментом для мелких лавочников и кустарей в их торговых делах, распространять среди своих членов полезные знания. Но уже в 1902 году, в возрасте 28 лет Н.И. Попов, став действительным членом Правления этого Самарского потребительского общества, находившегося в доме П.В. Колесова на Соборной, полностью переформатировал самую суть этой организации и частично её «приватизировал», хотя официально являлся лишь членом Правления. В то время председателем общества стал уже коллежский секретарь А.С. Медведев, первый управляющий Самарского отделения Русского торгово-промышленного банка и старшина Биржевого комитета. При обычном потребительском кооперативе Н.И. Попов создал большую дилерскую или дистрибьюторскую компанию в городе Самаре. И только лишь громкое название организации «Самарское потребительское общество» напоминало о былых временах. Кооперативный магазин общества переехал на Соборную, 104 на дворовое место Фадеевых (угол Соборной и Предтеченской), а контора Попова и Колесова продолжала находиться на Соборной, 92 в доме Колесова также под названием «Самарское потребительское общество». Агенты Общества собирали по телефону и напрямую заказы на любые товары от продуктов питания до тканей, галантереи, канцтоваров, стройматериалов, затем заключали соглашения с производителями или крупными поставщиками, брали продукцию на реализацию, под расписки или векселя и развозили эту самую продукцию своим заказчикам, а добавленная стоимость поступала естественно в кассу так называемого «Самарского потребительского общества», находящегося уже под контролем Н.И. Попова и П.В. Колесова. Вся эта схема очень похожа на деятельность современных интернет-магазинов. Вам стоит только что-то заказать, что душе угодно, и в самое ближайшее время вам это доставят.

Известные самарские краеведы Андрей и Ирина Демидовы приводили такие интересные сведения о Н.И. Попове: «Учитель русского языка и литературы в школе № 81, позже экскурсовод музея Алексея Толстого в Самаре в 1990-е годы Наталья Акинина вспоминала рассказ своей бабушки Варвары Гордеевны Акининой о Попове: «Когда-то Николай Иванович Попов служил приказчиком. Бедный простой торговец продавал в деревнях мелкие лоскуты. Работа у него спорилась, в руках все кипело. Богачи стали давать товар в долг. Попов честно отдавал деньги под занятые векселя. Ему предложили: «Дадим тебе товар, выстроим дом, только торгуй». С тех пор Николай Иванович Попов стал торговать коврами, модной галантереей, парфюмерией, мужским и детским бельем...».

Можно предположить, что Н.И. Попов и П.В. Колесов хорошо поработали в «Самарском потребительском обществе». Панкратий Васильевич на своем старом дворовом месте по Ново-Соборной с маленьким каменным флигелем, а также с ветхой лавкой, деревянным флигелем с тесовым крыльцом по красной линии (стоимостью построек на 1900 год – 200 рублей!) отстроил уже в 1904 году для детей приличный каменный двухэтажный дом с магазином (ныне ул. Молодогвардейская, 90), стоимостью 3 000 рублей на 1905 год, записанный на сыновей Ивана, Георгия и Петра Панкратьевичей. Сын Г.П. Колесов в 1910-х годах какое-то время являлся старостой Троицкой церкви.



Дом Панкратия Колесова и его сыновей 1904 года постройки на Соборной (Молодогвардейская, 90), где находилось «Самарское потребительское общество» с магазином, а во дворе во флигеле жил Н.И. Попов с женой и детьми

Не отставал и Николай Иванович, живший с женой и детьми до 1911 года в каменном флигеле на дворе Колесова. В 1903 – 1914 годах Н.И. Попов держал магазины на Троицкой площади в доме Арефьева и на углу Троицкой и Москательной в доме Щелокова. К концу 1900-х годов у Попова появился постоянный хороший доход, в 1908 году он получил купеческий паспорт (свидетельство) самарского купца 2 гильдии, вошёл в Правление Второго Самарского общества взаимного кредита в городских корпусах на Соборной, открыл «Торгово-промышленное товарищество Н.И. Попова». Тогда же, в 1908 году Н.И. Попов приобрел большую часть дворового места рядом с Колесовым (ныне через дом) у мещанина Ивана Александровича Аржанова (не путать с купцами Аржановыми), на котором к тому времени были полукаменный дом, деревянные службы и изба – все 1890 года постройки, занимаемые ранее АО «Дрожжевой завод В.А. Гевартовского в Москве», и много пустопорожней земли, и в ноябре 1909 года заказал проект и надзор за возведением своего нового большого каменного трехэтажного особняка с торговыми помещениями, двухэтажным жилым пристроем и одноэтажными службами молодому самарскому строителю без образования гражданского инженера, простому слесарю-сантехнику и чертёжнику мастерской А.А. Щербачева Якову Степановичу Ушакову-Решетникову.



Перечисление мещанином И.А. Аржановым всех своих построек 1890 года,
часть из которых вместе с пустопорожним местом в 1908 году перешли к Н.И. Попову



Строительство длилось очень долго – почти два года из-за разных препятствий (о них мы подробно поговорим чуть ниже), и после завершения стройки здесь открылся магазин «Торгово-промышленного товарищества Николая Ивановича Попова» с большим оптовым складом модно-галантерейных, игольных, писчебумажных, канцелярских и москательных товаров и розничным отделением. Ныне это дом № 94 по Молодогвардейской (Соборной, 96) улице.
___________________________________________________

Краткая история дворового места купца Н.И. Попова

Первой постройкой в 50 квартале города Самары, согласно подворной описи 1852 года, стала изба мещанки Матрёны Медведевой, поставленная в 1830 году. На будущем дворовом месте купца Н.И. Попова в 1834 году впервые поселились Терентий Иванович Дворянчиков и Михаил Иванович Ястребов (записанные самарскими мещанами), делившие один деревянный дом, а также мещанин Петр Спиридонович Орлов, имевший избу и деревянный флигель 1840 года постройки. К середине 1870-х годов (1873) на этом месте числились наследники священника Алексея Васильевича Соколова с деревянным домом и службами стоимостью 2 000 рублей, а также флигель и две избы мещанина П.С. Орлова, стоимостью всех построек 1 300 рублей. На протяжении всех 1880-х годов на будущем месте Попова были записаны мещане Федор и Лукерья Лаптевы и купеческая вдова Тамара Ильинична Фролова. Список построек не удалось установить. В 1890 году места Лаптевых и вдовы Фроловой перешли к самарскому мещанину Ивану Александровичу Аржанову, который снес старые постройки и возвел здесь полукаменный дом, деревянные службы и избу. Его домовладение в 1897 году занимали какая-то часовая мастерская и собственная бакалейная лавка. В начале XX века большую часть дворового места арендовало отделение АО «Дрожжевой завод В.А. Гевартовского в Москве». В 1908 году мещанин И.А. Аржанов продал ¾ своей земли с избой и службами купцу Николаю Ивановичу Попову. Оставшийся в его собственности полукаменный дом он перестроил в каменный (ныне Молодогвардейская, 92).
_____________________________________________________

Прирожденный архитектор-строитель. Семья и работа

История Я.С. Ушакова-Решетникова и Н.И. Попова вполне достойна пера хорошего писателя. В 2001 году вышла в свет известная книга племянницы Я.С. Ушакова-Решетникова – нашего куйбышевского архитектора Марии Георгиевны Мошковой «Дорогу осилит идущий: семейная хроника». Книга эта, увы, очень плохо была издана, и в ней отсутствует множество важных для нас фактов, либо сведения поданы несколько сумбурно. По-видимому, Мошковой перед печатью воспоминаний многое пришлось править и вырезать. И только уже в рукописях-оригиналах М.Г. Мошковой, хранящихся в ЦГАСО (Центральном государственном архиве Самарской области) можно найти почти всё, что нас интересует, в частности и о её родном дяде Ушакове-Решетникове.

Читаем рукопись «История семьи матери Мошковой Марии Александровны, урождённой Ушаковой-Решетниковой Марии Гавриловны», составленную в 1997 году. Записки о семье Ушаковых-Решетниковых увлекательны, но, увы, полны трагедий и преследований со стороны Русской Православной церкви. То были какие-то нечеловеческие разлучения детей с родителями – добрыми и безобидными христианскими сектантами (молоканами, духоборами). Страшные, чудовищные, по нашему мнению, преступления православной церкви, напоминающие современную ювенальную юстицию. Это, несомненно, поможет объяснению всех дальнейших событий, и, вероятно, будет интересно...

Мошкова отмечала в своих рукописях: «Дед наш по матери Гавриил Иванович Решетников, сын купца 3 гильдии Ивана Анисимовича, потомственного почётного гражданина Самары. Гаврила был единственным сыном в семье, родился в 1839 году. Был всю жизнь убежденным молоканином-субботником, мудрым толкователем и знатоком Библии. Бабушка наша по матери Наталья Ивановна Ушакова из молокан-воскресников. После гонений от православной церкви, арестов и ссылки её семьи, она попала в дом Ивана Анисимовича и в 16 лет вышла замуж за сына хозяина Гаврилу Ивановича. Дед Гаврила Решетников с женой Натальей (ур. Ушаковой) мирно жили в районе 6 просеки, где сейчас Самарская городская больница № 5 на улице Шверника, у тогдашних скитов. Занимались садоводством и огородничеством. У них родились дети: Яков (1880), Мария (1882), Александра (1884), Алексей (1886).

Но вот в середине 1880-х годов неожиданно начались новые гонения уже на молокан-субботников, под которые попал дед Гаврила Иванович, а тем самым и вся его семья. Помимо обвинений в «жидовствующей страшной ереси» Консистория признала факт брака «субботника» с «воскресницей» недействительным, как и вообще все браки самарских молокан. Святые отцы нашей православной церкви распорядились отобрать детей у Гаврилы Решетникова и Натальи Ушаковой, крестить малолетних насильно и передать на постоянное воспитание назначенным крестникам, от которых они и должны были принять отчество и фамилию. Семья была разрушена. Бабушка Наталья Ушакова работала кухаркой, позже даже крючницей на Волге, спилась (что было просто невозможно для молокан) и умерла в 1918 году, в возрасте 60 лет. Гаврила женился во второй раз, и у него родилась дочь Зинаида. Несколько раз он навещал дочь Марию и её мужа Г.Н. Мошкова. Но потом совсем пропал из вида и утопился в 1929 году, в возрасте 90 лет». Мама и дядя Яша, по словам М.Г. Мошковой, много потом страдали из-за того, что не поддерживали должные отношения с отцом и совсем забыли его.

Что же произошло с детьми? Поиск для них крестников и новых семей попытались на себя взять самарская благотворительница графиня Толстая (полагаем, это была Вера Львовна Толстая – председатель и попечитель Самарской Ольгинской общины сестер милосердия Красного Креста) и купцы Аржановы. Самыми трагичными стали судьбы младших детей – Алексея и Александры. Алексей под покровительством Аржанова был пристроен в семинарию, но умер в 16 лет. У Александры крестником был некий Христофор, у которого она жила до замужества. Выдали её за вдовца вдвое старше ее, да еще и больного чахоткой. Вскоре Саша сама от него заразилась и умерла.

Яков, судя по всему, попал в семью крестника Степана Ушакова, так как первое время упоминался в рукописях Мошковой как Яков Степанович Ушаков. Возможно, крестником тут был дальний родственник их матери – Натальи Ушаковой. Опекуны отдали Яшу в ремесленное училище, где он научился мастерству слесаря, затем уже самостоятельно продолжил свое образование, поступив в архитектурную мастерскую тогдашнего городского архитектора А.А. Щербачева, где обучался черчению и делу сантехнического оборудования зданий. В дальнейшем же работал на стройках как техник по этой специальности от бюро Щербачева. В 1902 году женился на некоей Клавдии Васильевне. У них появилась дочь Валентина, которая впоследствии стала известной балериной (по мужу Волховская) и умерла в возрасте 72 лет в 1978 году. Работая под началом А.А. Щербачева, Яков Степанович к фамилии матери и ее родственников Ушаковых прибавил и фамилию настоящего своего отца Гаврилы Ивановича Решетникова, и именовался теперь Ушаков-Решетников. В итоге мы считаем версию некоторых исследователей, что отцом Ушакова-Решетникова был владелец кондитерской фабрики Степан Максимович Решетников, которому Яков Степанович запроектировал много позже доходный дом на Троицкой улице несостоятельной. Это простое совпадение. Фамилия Решетниковых встречалась в Самаре очень и очень часто.

Крайний слева Я.С. Ушаков-Решетников, крайний справа Г.Н. Мошков
с коллегами по мастерской А.А. Щербачева, 1900. Публикуется впервые. Из фондов ЦГАСО

Со своим братом Яковом Степановичем Ушаковым (будущим Ушаковым-Решетниковым) постоянно поддерживала связь его родная сестра Мария Александровна (мать М.Г. Мошковой). Кто был её крестником трудно сейчас сказать (какой-то Александр, судя по отчеству, и, вероятно, кто-то из дальних родственников тех же Ушаковых). Но по ее уверению, настоящее шефство и контроль над её судьбой исходили от графини Толстой и Аржановых лично. Ее рано, в 8 лет отдали на обучение в швейную мастерскую, где чаще всего использовали ее труд в работах по дому. Опекуны настояли на реальном обучении швейному делу. И уже к 13 годам она была допущена к шитью лифов, – самой ответственной части платья. Для примерки лифов на манекене ей приходилось залезать на табуретку, так как ростом тогда еще не вышла. Хозяйка же в свою очередь, если заходили заказчики, закрывала дверь в мастерскую или выпроваживала куда-нибудь маленькую Машу, чтобы заказчик, не дай Бог, не увидел, кто шьёт лифы. Лет в 16 опекуны решили обучить её и белошвейному делу, а лучшими белошвейками на тот момент считались монашки Иверского женского монастыря в Самаре. Так она оказалась в монастыре под полным покровительством грозной матушки Евлампии. На первых порах, как послушница Мария Александровна Ушакова пользовалась относительной свободой, ходила к своей матери, посещала со своим братом Яшей Пушкинский Народный дом (ныне клуб железнодорожников). Однажды на танцах она познакомилась с другом и коллегой брата по мастерской Щербачёва Г.Н. Мошковым. С того времени по примеру брата она приняла двойную фамилию – Ушакова-Решетникова. Матушка Евлампия, находясь в дальнем родстве с Мошковыми, противилась и дружбе молодого Георгия Мошкова с Машей, и возможной их свадьбе, так как Мария Александровна была бесприданницей. Всё хотела подстричь её в монашки. А красавец Г.Н. Мошков имел в своем селе Виловатое Бузулукского уезда достаточно богатых родителей и родственников, выглядел всегда очаровательно, ходил в лучших костюмах с тросточкой и часами. Уже начал свое строительное дело. Ему предлагали очень хорошие партии. Например, известный купец, строительный подрядчик Нуйчев сватал ему свою дочь, но Г.Н. Мошков отказал, и дочь Нуйчева всю жизнь не могла простить это – ни Мошкову, ни его избраннице Марии Александровне, и осталась в старых девах. Опекунам Ушаковым тоже не нравился выбор Маши из-за «неистового характера» Мошкова как рассказывал Яков Степанович Ушаков-Решетников. Вообщем, молодые держали бой сразу на нескольких фронтах за свое счастье. Дело затягивалось, но всё зашло далеко, и Маша уже ждала ребенка. И вот в один прекрасный день, как условились влюбленные, Г.Н. Мошков подъехал к воротам монастыря на пролетке, и Мария Александровна, собрав свои нехитрые пожитки, выбежала, и на глазах у всего населения монастыря села в экипаж, и была такова... У Мошкова с Ушаковой-Решетниковой родилось много детей, некоторые из них стали талантливыми инженерами-строителями, а дочь Мария Георгиевна знаменитым куйбышевским архитектором, автором небольшой книжки и рукописей на много сотен машинописных страниц о своей семье с рисунками, фотографиями и проектами... Но давайте всё-таки вернемся к строителю и архитектору Якову Степановичу Ушакову-Решетникову и купцу Николаю Ивановичу Попову.

Скандальное строительство дома Попова и «поповская смекалка»

Дореволюционные журналисты, позже М.Г. Мошкова, а затем и некоторые наши самарские краеведы повторяли об Ушакове-Решетникове: «Не имея высшего архитектурного образования, а иногда и залога под подряды, Я.С. Ушаков-Решетников нередко удалялся со своих строек под конвоем полиции по настоянию губернского архитектора». Что же скрывается за этой фразой? И как это связано с домом купца Н.И. Попова? Давайте заглянем в фонды госархива и попробуем разобраться.

В начале 1900-х годов Ушаков-Решетников активно участвовал на стройках десятником, техником, слесарем-сантехником под крылом мастерской А.А. Щербачёва. В душе он был настоящим художником, архитектором и рвался к проектированию и строительству собственных зданий. Первой его самостоятельной постройкой принято считать дом Субботина на даче (1908 – 1909 годов). Мы полагаем, с большой долей уверенности, что этот дом находился не на волжской даче Субботина (арх. Черноморченко), а в городском саду купца между Вокзальным садом и Петропавловской площадью (примерно на месте ЦУМ «Самара»). Этот дом предназначался для Субботинского детского сада общества народных университетов. В 1909 году Яков Степанович заключил сразу два договора на проектирование и строительство. Он стал автором проекта дома в стиле модерн известного в Российской Империи меховщика, казанского купца П.В. Щетинкина. Прошение о строительстве дома П.В. Щетинкина на углу улиц Молодогвардейской и Некрасовской с проектом было подано в Управу 20 января 1909 года. Получено разрешение и началась стройка. Но уже 24 ноября 1909 года Ушаковым-Решетниковым был подписан еще один договор о проектировании и технадзоре за строительством нового огромного трехэтажного дома Н.И. Попова (литера «А») с подвалом по улице Соборной, 96 (ныне ул. Молодогвардейская, 94) с двухэтажным жилым пристроем (литера «В») и одноэтажными каменными службами (литера «С»). 15 декабря в Управе было зарегистрировано прошение Попова о строительстве дома. После исправления недочетов, замеченных в проекте городским архитектором Ф.Г. Черноморченко, весной 1910 года стройка началась.



Прошение купца 2 гильдии Н.И. Попова о возведении на его дворовом месте в 50 квартале по улице Соборной построек: каменного трехэтажного с подвалом дома (под лит. «А»), каменного двухэтажного дома пристроя (под лит. «B»), каменных одноэтажных служб (под лит. «С»). Зарегистрировано в городской Управе 15 декабря 1909 года. На документе в нижней части резолюция городского архитектора Ф.Г. Черноморченко. Проект не сохранился. Литера «B» была надстроена одним жилым этажом, литера «С» двумя жилыми этажами, вероятно, в период 1916 – 1918 годов. Из фондов ЦГАСО

Проекты домов Щетинкина и Попова были очень дорогими и сложными, такие объекты в печати с лёгкой руки самарских журналистов начали называть «полудворцами», «левиафанами», «дредноутами» или даже на московский манер «тучерезами».



Из статьи о строителях и Ушакове-Решетникове в газете «Волжское слово» за 1911 год

Многие городские и губернские архитекторы мечтали получить подобные заказы. Начались разговоры, что Ушаков-Решетников хороший чертежник-копировальщик, неплохой строитель, и вообще рубаха-парень, но он не архитектор – не имеет образования гражданского инженера. Целый 1910 год только и обсуждали Якова Степановича. В итоге архитекторы строительного отделения Губернского Правления, в частности губернский инженер Платон Васильевич Шаманский, и сообщили в своем заявлении на имя самарского вице-губернатора Рудольфа Эвальдовича фон Витте, что Я.С. Ушаков-Решетников не имеет законного права заниматься проектированием и техническим наблюдением за строительством жилых зданий в Самаре по причине отсутствия специального образования. Совместно с Витте решили отправить письмо в Правительствующий Сенат как орган, осуществлявший в частности надзор за законностью местного управления с вопросом как поступить в случае с Яковом Степановичем Ушаковым-Решетниковым. Там посоветовали обратиться в техническо-строительный комитет МВД. Так и сделали – отправили письмо от 15 сентября 1910 года за № 1005 по вопросу правомерности мещанина Я.С. Ушакова-Решетникова проектировать и вести надзор за частными постройками. Ответа не последовало. Написали вторично 11 февраля 1911 года. И случилось чудо – 7 марта 1911 года поступило письмо из МВД. В письме заместителя главы техническо-строительного комитета МВД значилось, что Решением 1 Департамента Правительствующего Сената от 9 ноября 1883 года за № 7270 установлено, что «каждый хозяин, воздвигающий частную постройку, а не казенную или общественную, отвечает за правильность оной лично, из чего следует, что и приглашать для такой постройки техника с образованием необязательно». Поразительно, правда? Помимо этого пункт 3. ст. 1059 Уложения о наказаниях гласил: «…возведение частных построек может производиться и без участия архитектора или иного техника, а именно только подрядчиком домовладельца или другими лицами без специального образования». Еще лучше! Однако 35 статья Строительного устава несколько противоречила вышеуказанным нормам. 35 статья Строительного устава 1900 года (с дополнениями 1906 года) четко устанавливала: «…по отношению ко всем постройкам казенным, общественным и частным не могут быть допущены лица, не получившие по своим аттестатам и свидетельствам права производить строительные работы». Вот за Строительный устав и ухватились в Губернском Правлении. В апреле 1911 года Николая Ивановича Попова несколько раз приглашали для беседы в Губернское Правление, но он так и не пришёл.



Черновик одного из многочисленных приглашений Н.И. Попова
губернским инженером П. Шаманским для встречи и беседы, на которые купец категорически не являлся.
Пришлось Шаманскому обращаться через Пристава. Из фондов ЦГАСО

Тогда отправили околоточных с приставом доставить со стройки Якова Степановича Ушакова-Решетникова для разбирательства в строительное отделение Губернского Правления. На все обвинения Ушаков-Решетников отвечал, что он у Попова не инженер, не архитектор, и даже не техник, а всего лишь вольный советчик, просто как «человек, знающий строительное дело». Но здесь в ответ ему предъявили нотариально заверенный договор с Н.И. Поповым о проектировании и надзоре за строительством его особняка со стороны мещанина Я.С. Ушакова-Решетникова. Тут уже было не отвертеться!



Из  справок, которые пришлось давать Н.И. Попову
строительному отделению Губернского Правления. Из фонов ЦГАСО

В конце концов, провели с незадачливым архитектором беседу и отпустили с «запретом заниматься проектированием и надзором за строительством, в частности под запрет попадало его появление на строительстве дома Попова». Попову ничего не оставалось, как разорвать договор с Яковом Степановичем. Но тут и сработала известная уже всем в городе «поповская смекалка» – смекалка опытного дельца и хорошего торговца. В тот же день Н.И. Попов подписал с Я.С. Ушаковым-Решетниковым новый договор о приёме последнего на должность управляющего (заведующего) всеми его делами «Торгово-промышленного товарищества» с самыми широкими полномочиями.



Суть этой записки купца Н.И. Попова в Губернское Правление: «Обращайтесь теперь по всем вопросам к заведующему моими делами Я.С. Ушакову-Решетникову… ». Такая наглость!! Из фондов ЦГАСО

Руководить строительством Яков Степанович официально уже не мог, а вот давать любые распоряжения, в том числе и по вопросам стройки, как управляющий всеми делами просто обязан. Так и достроили особняк Попова к марту 1912 года (с конца 1911 года шли лишь доработка некоторых деталей и обустройство интерьеров, а сам дом по окладным книгам оценивался в 6 300 рублей и семья Попова переехала в новые отдельные покои). Губернским архитекторам оставалось только «локти кусать», так как юридически на злосчастной стройке всё уже было абсолютно чисто. Последним неудобством стала сверка проекта с реальной постройкой и приёмка особняка Попова в конце 1912 года под руководством нового городского архитектора Д.А. Вернера. Но всё прошло гладко.



Далее, говорят, Я.С. Ушаков-Решетников так и заключал контракты по строительно-архитектурному надзору как управляющий делами заказчика – ведь не придерешься! Будет справедливо упомянуть, что Ушаков-Решетников и в 1914 году оказывал услуги для Попова. Например, Николай Иванович в августе 1914 года подал прошение о постройке одноэтажных деревянных служб с подвалом в самой глубине своего дворового места, а проект после утверждения обязывал вручить Якову Степановичу Ушакову-Решетникову.



Прошение 1914 года Н.И. Попова о постройке деревянных служб в дальней части своего дворового места. Службы числились в 50 квартале по Николаевской улице. Ходатайство и получение проекта после утверждения поручалось Я.С. Ушакову-Решетникову. Из фондов ЦГАСО



Ближайшие соседи по левую сторону: 1) дом мещанина И.А. Аржанова (ул. Молодогвардейская, 92) на 1913 год стоимостью 4 914 руб. По красной линии 8,9 метра (4, 17 саженей). Имел на этом месте полукаменный небольшой дом до 1908 года с разными постройками и большим пустопорожнем местом, которые продал Н.И. Попову. После продажи он перестроил оставшийся полукаменный дом в каменный, уходящий далеко вглубь 50 квартала; 2) дом временного купца П.В. Колесова из крестьян Владимирской губернии с сыновьями 1904 года постройки с каменным флигелем внутри двора, где долгое время жил Н.И. Попов с семьей (ул. Молодогвардейская, 90) на 1913 год стоимостью 5 004 руб.; 3) доходный дом купца I гильдии А.М. Сурошникова 1903 года постройки с магазином и частной электростанцией в подвале на 1913 год стоимостью 5 349 рублей на бывшем месте крестьянина Н.С. Жоголева (ул. Молодогвардейская, 88). Дом купца Н.И. Попова в 1913 году оценивался в 9 072 рубля


Дома слева направо: Колесова, Аржанова, Попова



Ближайшие соседи по правую сторону: 1) дом купчихи А.М. Шадриной из крестьян с. Усолье Сызранского уезда Симбирской губернии. Отношением 8 июля 1911 года перешел владельцу кондитерской фабрики, самарскому купцу И.А. Федорову (ул. Молодогвардейская, 96). На 1913 год стоимость: 6 981 руб.; 2) В 1899 году на этом месте был выстроен дом владельца чугунно-литейного завода и лесопилок Н.И. Лебедева (сохранился проект). Отношением 26 мая 1907 года перешел к некоему мещанину города Тыкоцина Подляского воеводства Царства Польского, книготорговцу С.А. Гринбергу и был надстроен и перестроен в стиле модерн архитектором З.В. Клейнерманом в 1908 году (ул. Молодогвардейская, 98); 3) на углу Соборной и Предтеченской располагались ветхие строения мещанки А.С. Фадеевой и ее сыновей Константина и Виктора Тихоновичей  стоимостью в 1913 году 726 рублей



Дома слева направо: Федорова, Гринберга, далее новострой





Торговый дом казанского купца П.В. Щетинкина 1909 – 1911 годов постройки.
Арх. Я.С. Ушаков-Решетников. Перестроен в 1930-х годах под здание Крайпотребсоюза

Также назовем и другие проекты Я.С. Ушакова-Решетникова: дом хлеботорговца, купца А.Е. Нестерова (по ул. Льва Толстого между Чапаевской и Молодогвардейской, 1911 год), доходный дом с кондитерской фабрикой С.М. Решетникова (ул. Галактионовская, 68, 1911 год), дом С.А. Вострякова с кондитерским магазином (угол ул. Чапаевской, 150/Л. Толстого, 42, 1912 год), доходный дом книготорговца С.А. Гринберга (ул. Куйбышева, 32, 1911 – 1912). Думаем, со временем список выявленных работ Ушакова-Решетникова, вероятно, будет только расти… Умер Яков Степанович Ушаков-Решетников в 1954 году в Москве в доме своей дочери, бывшей известной балерины Валентины Волховской.



1) дом владельца кондитерской фабрики С.М. Решетникова, 1911 год (ул. Галактионовская, 68); 2) доходный дом С.А. Гринберга (ул. Куйбышева, 32); 3) дом С.А. Вострякова с кондитерским магазином (угол ул. Чапаевской, 150/Л. Толстого, 42); 4) дом Н.И. Попова (ул. Молодогвардейская, 94)

Продолжение, часть II: https://kraeham.livejournal.com/116051.html

Tags: 7. ЭКЛЕКТИКА, 8. Стиль МОДЕРН, Исторические исследования, Самара
Subscribe

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments